Способы выражения категории эвиденциальности в русскоязычном художественном дискурсе
Анастасия Игоревна Зуева
Докладчик
аспирант
Санкт-Петербургский государственный университет
Санкт-Петербургский государственный университет
Ключевые слова, аннотация
Настоящее исследование посвящено лингвистическому анализу способов репрезентации
категории эвиденциальности в русскоязычном художественном дискурсе
экологической направленности (экопоэтике). На материале корпуса из 100
фрагментов классической и современной прозы исследуется функциональная
трансформация механизмов авторизации знаний при переходе от
рационально-логических к эстетическим моделям верификации. Исследование продемонстрировало обоснование роли эвиденциальных средств как инструмента
этической оценки антропогенного воздействия.
Тезисы
Ключевые
слова: дискурс, экологический дискурс, категория эвиденциальности, экопоэтика
Актуальность исследования обусловлена глобальной экологизацией гуманитарного знания и необходимостью комплексного лингвистического описания механизмов, формирующих экологическое сознание через художественный текст. В условиях острого экологического кризиса лингвистический анализ художественного дискурса позволяет выявить когнитивные модели освоения природной реальности в русском языке. Ключевая роль категории эвиденциальности в данном контексте объясняется ее способностью не только подтвердить, что используемая автором информация получена из достоверных источников, но научно обосновать, каким образом субъективное восприятие экологических изменений трансформируется в тексте в объективированное знание.
При проведении исследования были использованы следующие методы: структурно-семантический (анализ синтаксических структур, в которых могут функционировать эвиденциальные маркеры; исследование взаимосвязи типов эвиденциальных значений); коммуникативно-прагматический (исследование коммуникативно-прагматической основы эвиденциальной семантики и коммуникативно-прагматической и стилистической направленности маркеров эвиденциальности); сравнительно-сопоставительный (анализ средств выражения эвиденциальности в русском языке, выявление изоморфных и алломорфных черт, обуславливающих потенциальную способность к выражению категории); корпусный (анализ коллокации лексических единиц, которые играют роль в передаче эвиденциального значения, выявление закономерности их сочетаемости).
В ходе исследования был проведен анализ 100 текстовых фрагментов русскоязычной прозы от классической натурфилософии до современных антиутопий, который позволил эксплицировать уникальную лингвопрагматическую модель категории эвиденциальности в художественном тексте:
1. В художественном дискурсе категория эвиденциальности служит не просто для подтверждения фактов, а для создания эстетической иммерсии. Основным инструментом здесь выступает личный чувственный опыт субъекта, передаваемый через синестезию. Так использование ольфакторных и тактильных маркеров («пахло гарью», «учуял я тогда») обеспечивает физическую достоверность ландшафта и эффект присутствия в зоне экологического кризиса.
2. В отличие от академических и публицистических текстов (в настоящей работе проводится анализ способов выражения категории эвиденциальности в том числе и в других типах дискурса), маркеры логического вывода в прозе утрачивают строгость и служат для образного осмысления аномалий. конструкции «казалось», «чудилось», «складывалось впечатление» репрезентируют природу как субъект, наделенный чувствами («обида», «месть», «агония» земли), переводя экологическую проблему в экзистенциальный план.
3. Наблюдается тенденция к фиксации деформации сенсорных каналов восприятия. Маркеры эвиденциальности в этом контексте подчеркивают разрыв между человеком и биосферой. Пример: описание подменной реальности через маркеры искусственности («синтетический воздух», «пластиковые цветы») эксплицирует утрату непосредственного контакта с живой природой.
Таким образом, результаты исследования показывают, что в художественном экологическом дискурсе категория эвиденциальности выполняет функцию феноменологической легитимации, а также трансформирует внешний экологический объект во внутренний субъективированный опыт, тем самым связывая физическую деградацию мира с духовным состоянием языковой личности.
Актуальность исследования обусловлена глобальной экологизацией гуманитарного знания и необходимостью комплексного лингвистического описания механизмов, формирующих экологическое сознание через художественный текст. В условиях острого экологического кризиса лингвистический анализ художественного дискурса позволяет выявить когнитивные модели освоения природной реальности в русском языке. Ключевая роль категории эвиденциальности в данном контексте объясняется ее способностью не только подтвердить, что используемая автором информация получена из достоверных источников, но научно обосновать, каким образом субъективное восприятие экологических изменений трансформируется в тексте в объективированное знание.
При проведении исследования были использованы следующие методы: структурно-семантический (анализ синтаксических структур, в которых могут функционировать эвиденциальные маркеры; исследование взаимосвязи типов эвиденциальных значений); коммуникативно-прагматический (исследование коммуникативно-прагматической основы эвиденциальной семантики и коммуникативно-прагматической и стилистической направленности маркеров эвиденциальности); сравнительно-сопоставительный (анализ средств выражения эвиденциальности в русском языке, выявление изоморфных и алломорфных черт, обуславливающих потенциальную способность к выражению категории); корпусный (анализ коллокации лексических единиц, которые играют роль в передаче эвиденциального значения, выявление закономерности их сочетаемости).
В ходе исследования был проведен анализ 100 текстовых фрагментов русскоязычной прозы от классической натурфилософии до современных антиутопий, который позволил эксплицировать уникальную лингвопрагматическую модель категории эвиденциальности в художественном тексте:
1. В художественном дискурсе категория эвиденциальности служит не просто для подтверждения фактов, а для создания эстетической иммерсии. Основным инструментом здесь выступает личный чувственный опыт субъекта, передаваемый через синестезию. Так использование ольфакторных и тактильных маркеров («пахло гарью», «учуял я тогда») обеспечивает физическую достоверность ландшафта и эффект присутствия в зоне экологического кризиса.
2. В отличие от академических и публицистических текстов (в настоящей работе проводится анализ способов выражения категории эвиденциальности в том числе и в других типах дискурса), маркеры логического вывода в прозе утрачивают строгость и служат для образного осмысления аномалий. конструкции «казалось», «чудилось», «складывалось впечатление» репрезентируют природу как субъект, наделенный чувствами («обида», «месть», «агония» земли), переводя экологическую проблему в экзистенциальный план.
3. Наблюдается тенденция к фиксации деформации сенсорных каналов восприятия. Маркеры эвиденциальности в этом контексте подчеркивают разрыв между человеком и биосферой. Пример: описание подменной реальности через маркеры искусственности («синтетический воздух», «пластиковые цветы») эксплицирует утрату непосредственного контакта с живой природой.
Таким образом, результаты исследования показывают, что в художественном экологическом дискурсе категория эвиденциальности выполняет функцию феноменологической легитимации, а также трансформирует внешний экологический объект во внутренний субъективированный опыт, тем самым связывая физическую деградацию мира с духовным состоянием языковой личности.