Ранняя и поздняя редакция первой и второй сатир А. Д. Кантемира: сопоставительный грамматический анализ
Анастасия Павловна Фесенко
Докладчик
студент 3 курса
Санкт-Петербургский государственный университет
Санкт-Петербургский государственный университет
Ключевые слова, аннотация
Сопоставление ранней и поздней редакции сатир А. Д. Кантемира позволяет выявить особенности, характерные для его языка и языка авторов 1730—1740-х гг. Анализ двух редакций первой и второй сатир Кантемира показывает, что в этот период морфологические архаизмы подвергаются последовательному устранению, обусловившему простоту морфологического строя. Синтаксис сатир, напротив, с течением времени становится более сложным: в нем начинают преобладать инверсии и заимствованные из латинского языка обороты.
Тезисы
Ключевые
слова: русский язык XVIII
века; язык Кантемира; церковнославянский язык
В числе последствий петровских реформ в области культуры было восприятие традиционного книжного языка (церковнославянского) как «варварского, клерикального, невежественного» [Живов, 2017: 936]. Русский язык первой половины XVIII в. характеризуется началом формирования литературного языка нового типа, который должен был явить собой полную противоположность старому и «воплощать дискурс культурного господства секулярной власти» [Там же: 992]. Языковые изменения, происходившие в эту эпоху, были главным образом обусловлены стремлением выработать новые нормы, оттолкнувшись от церковной традиции. Одним из авторов, чья эволюция творчества дает богатый материал для анализа таких изменений, является А. Д. Кантемир.
Кантемир прославился прежде всего как сатирик. Первые пять его сатир известны в первоначальной (1729—1731 гг.) и окончательной (1743 г.) редакции, значительно отличающихся друг от друга.
Цель доклада — сопоставление ранней и поздней редакции первой и второй сатир Кантемира с точки зрения морфологии и синтаксиса для выявления тенденций, характерных для него и других авторов первой половины XVIII в. Обратимся к некоторым результатам наших наблюдений.
Морфология поздней редакции рассматриваемых сатир отличается большей простотой, чем морфология их ранней редакции. Несмотря на присущую обеим редакциям варьируемость отдельных падежных форм (прежде всего им. и тв. п. мн. ч.), мы отмечаем превалирование проявлений а-экспансии в окончательной редакции: презрен именами [Кантемир, 1956: 68] (далее при цитировании этого издания указывается номер страницы), добыту трудами [70], права… мнятся [75], добрыми… делами [76]. В ранней редакции господствуют архаичные формы: между делы [363], делы хвальными [372], с хлопцы ожидая [373], римские правы [Там же]. Кроме того, в поздней редакции были устранены древние относительные союзы (иже, юже, еже). В некоторых стихах отдается предпочтение другим: вместо Муж таков, иже делы род свой возвышает… [376] находим Муж таков, кой добрыми род свой возвышает / Делами... [76]. Помимо этих союзов, был устранен книжный союз аще, присутствующий в первоначальной редакции: …аще мы лишимся [377]. В окончательной редакции сатир некоторые архаичные формы причастий (спасл) [Там же] заменяются более поздними (спас) [77]. Во второй сатире исчезает звательная форма: вместо друже мой [369] в ранней редакции встречаем дружок мой [68] в поздней.
Синтаксис окончательной редакции сатир, напротив, оказывается сложнее синтаксиса первоначальной редакции. Он изобилует инверсиями, напр.: Но те, что стенах твоей на пространной салы / Видишь надписи, прочесть труд тебе немалый [73]. О латинизации и, как следствие, об усложнении синтаксиса поздней редакции свидетельствуют случаи употребления оборота Acc. cum Inf., иногда неверно трактуемого в изданиях сатир Кантемира: …Грамота, плеснью и червями / Изгрызена, знатных нас детьми есть свидетель [Николаев, 1995: 5].
Таким образом, в результате сравнения двух редакций первой и второй сатир Кантемира обнаруживаются тенденции к упрощению морфологии и усложнению синтаксиса.
Литература:
Живов В. М. История языка русской письменности: В 2 т. Т. 2. М., 2017.
Кантемир А. Д. Собрание стихотворений. Л., 1956.
Николаев С. И. Трудный Кантемир (Стилистическая структура и критика текста) // XVIII век. Сб. 19 / Отв. ред. Н. Д. Кочеткова. СПб., 1995. С. 3—14.
В числе последствий петровских реформ в области культуры было восприятие традиционного книжного языка (церковнославянского) как «варварского, клерикального, невежественного» [Живов, 2017: 936]. Русский язык первой половины XVIII в. характеризуется началом формирования литературного языка нового типа, который должен был явить собой полную противоположность старому и «воплощать дискурс культурного господства секулярной власти» [Там же: 992]. Языковые изменения, происходившие в эту эпоху, были главным образом обусловлены стремлением выработать новые нормы, оттолкнувшись от церковной традиции. Одним из авторов, чья эволюция творчества дает богатый материал для анализа таких изменений, является А. Д. Кантемир.
Кантемир прославился прежде всего как сатирик. Первые пять его сатир известны в первоначальной (1729—1731 гг.) и окончательной (1743 г.) редакции, значительно отличающихся друг от друга.
Цель доклада — сопоставление ранней и поздней редакции первой и второй сатир Кантемира с точки зрения морфологии и синтаксиса для выявления тенденций, характерных для него и других авторов первой половины XVIII в. Обратимся к некоторым результатам наших наблюдений.
Морфология поздней редакции рассматриваемых сатир отличается большей простотой, чем морфология их ранней редакции. Несмотря на присущую обеим редакциям варьируемость отдельных падежных форм (прежде всего им. и тв. п. мн. ч.), мы отмечаем превалирование проявлений а-экспансии в окончательной редакции: презрен именами [Кантемир, 1956: 68] (далее при цитировании этого издания указывается номер страницы), добыту трудами [70], права… мнятся [75], добрыми… делами [76]. В ранней редакции господствуют архаичные формы: между делы [363], делы хвальными [372], с хлопцы ожидая [373], римские правы [Там же]. Кроме того, в поздней редакции были устранены древние относительные союзы (иже, юже, еже). В некоторых стихах отдается предпочтение другим: вместо Муж таков, иже делы род свой возвышает… [376] находим Муж таков, кой добрыми род свой возвышает / Делами... [76]. Помимо этих союзов, был устранен книжный союз аще, присутствующий в первоначальной редакции: …аще мы лишимся [377]. В окончательной редакции сатир некоторые архаичные формы причастий (спасл) [Там же] заменяются более поздними (спас) [77]. Во второй сатире исчезает звательная форма: вместо друже мой [369] в ранней редакции встречаем дружок мой [68] в поздней.
Синтаксис окончательной редакции сатир, напротив, оказывается сложнее синтаксиса первоначальной редакции. Он изобилует инверсиями, напр.: Но те, что стенах твоей на пространной салы / Видишь надписи, прочесть труд тебе немалый [73]. О латинизации и, как следствие, об усложнении синтаксиса поздней редакции свидетельствуют случаи употребления оборота Acc. cum Inf., иногда неверно трактуемого в изданиях сатир Кантемира: …Грамота, плеснью и червями / Изгрызена, знатных нас детьми есть свидетель [Николаев, 1995: 5].
Таким образом, в результате сравнения двух редакций первой и второй сатир Кантемира обнаруживаются тенденции к упрощению морфологии и усложнению синтаксиса.
Литература:
Живов В. М. История языка русской письменности: В 2 т. Т. 2. М., 2017.
Кантемир А. Д. Собрание стихотворений. Л., 1956.
Николаев С. И. Трудный Кантемир (Стилистическая структура и критика текста) // XVIII век. Сб. 19 / Отв. ред. Н. Д. Кочеткова. СПб., 1995. С. 3—14.