Актуальность данной работы обусловлена приложением когнитивной теории к творчеству русских символистов, в частности Ю. К. Балтрушайтиса и В. И. Иванова, что дополняет концептосферу русского символизма в целом и творчества данных авторов.

Основа нашего исследования — теория концептуальной интеграции, разработанная М. Тёрнером и Ж. Фоконье. Она дополнена исследованиями З. Д. Поповой и И. А. Стернина. Таким образом, мы вводим понятие поэтического концепта — концепт, который не имеет «системно обнаруживаемого номинативного поля», но который имеет «субъективные, окказиональные номинации, описания отдельных признаков концепта, индивидуально-авторские, косвенные номинации, но без названия всего концепта» [Попова, 2010; 67].

Мы сближаем понятия образ и концепт, считая образ реализацией концепта в тексте, концепт — расщипленным на элементарные смысловые единицы, абстрагированным образом.

Образ «солнца» в «Гелиадах» отождествляется с образом Фаэтона посредством метонимии: отец — сын. Таким образом, все обнаруженные признаки у Фаэтона являются признаками «солнца» в поэтике Иванова.

Помимо этого, анализ обогащается исследованием Л. В. Павловой, которая утверждает, что «слёзы дев Солнца, уподобляемые янтарю, — это световые блики; лучи, отражённые чистыми водами Эридана» [Попова, 2010; 7], что увязывает янтарь с «солнцем». В свете работы Л. В. Павловой обнаруживается новое отождествление: Гелиады — солнце. Детальное рассмотрение «янтаря» вскрывает схождение в устройстве мироздания с таковым у Балтрушайтиса: «небо (заря) — земная возвышенность (курган) — речная глубина (Эридан)» [Павлова, 2009; 8] — «трансцендентное» — грань между «трансцендентным» и «имманентным», где находится лирический герой, — «имманентное», так как основное отличие устройства художественной действительности Балтрушайтиса — это деление на «земной» и «небесный» миры. Уже сам Иванов провозглашал, что поэзия Балтрушайтиса — это «один длинный монолог личности, обращённый к Богу, раскрывающемуся ей в явлении мира» [Иванов, 1915; 301]. В данном высказывании находятся корни художественного мироустройства Балтрушайтиса.

В результате исследования видно, что в ядро структуры концепта «солнце» можно отнести следующие три основных элемента: обобщённость/конкретность (возникает девять раз), метафизическая причастность к имманентному/трансцендентному (возникает восемь раз), стремление к имманентному/трансцендентному (возникает шесть раз). К периферии следующие: цель (пять раз), завершённость/процессуальность (четыре раза), замкнутость в имманентном/трансцендентном, константность/динамичность, забвение (по три раза), существование/несуществование, отнесённость ко времени, пассивность/активность, гармоничность/хаотичность, детерминизм, деятельность, тщетность (по одному разу).

Все структурные элементы, найденные в структуре концепта «солнце» у Балтрушайтиса, были обнаружены и у Иванова, но периодически с другим признаковым наполнением, обусловленным эстетическим выбором автора.

Список литературы:

Иванов В. И. Юргис Балтрушайтис как лирический поэт // Русская литература ХХ века (1890-1900) / под ред. С. А. Венгерова. М. 1915. С. 301-311

Павлова Л. В. Янтарные слёзы гелиад в лирике Вячеслава Иванова // Художественный текст и текст в массовых коммуникациях: материалы международной научной конференции. В 2 ч. Ч. 2. Вып. 5. Смоленск. 2009. С. 5-12

Попова З. Д., Стернин И. А. Когнитивная лингвистика. М. 2010.