Имплицитные смыслы в рассказе Р. Брэдбери «Пешеход»: лексико-синтаксические и стилистические средства
Алина Александровна Стригина
Докладчик
магистрант 2 курса
Санкт-Петербургский государственный университет
Санкт-Петербургский государственный университет
Ключевые слова, аннотация
Имплицитность является
одной из фундаментальных категорий художественного текста, обеспечивающей вариативность
интерпретации и обогащающей семантическую глубину произведения. В тезисах рассматриваются
языковые средства реализации имплицитных смыслов на примере рассказа Р. Брэдбери «Пешеход»
(«The Pedestrian», 1951). Особое внимание
уделяется особенностям создания антиутопической модели мира и репрезентации
авторской позиции в тексте рассказа. Анализируется система лексических,
синтаксических и стилистических средств, формирующих скрытый философский и
социокультурный подтекст.
Тезисы
Ключевые слова: имплицитность;
подтекст; языковые средства; Р. Брэдбери
Известно, что категория имплицитности является предметом многочисленных отечественных и зарубежных исследований XX—XXI вв., что свидетельствует о устойчивом интересе литературоведов к проблеме выявления скрытых смыслов художественного текста. Вопросы подтекста и импликации разрабатывались в трудах И. Р. Гальперина, Ю. М. Лотмана и других исследователей [Гальперин, 1981; Лотман, 1998]. Имплицитность определяется как важнейшая текстовая категория, обеспечивающая глубину интерпретации и расширение семантического пространства произведения.
Особый исследовательский интерес представляет реализация имплицитных смыслов в жанре антиутопического рассказа, где авторское предупреждение нередко выражается не прямой оценкой, а посредствам использования системы языковых средств. В этом отношении показателен рассказ «Пешеход» («The Pedestrian», 1951) американского писателя Р. Брэдбери (1920—2012), в котором писатель воссоздает модель технологизированного общества будущего.
В центре повествования — образ человека, сохраняющего способность к свободному передвижению и размышлению в мире, погруженном в пассивное потребление телевизионного контента. Уже в экспозиции рассказа автором формируется семантическое поле пустоты и тишины: empty streets, silent houses, graveyard, tomb-like buildings. Описание города, сопоставляемого с кладбищем, не содержит прямого авторского осуждения, однако при помощи лексических средств имплицитно создается образ духовно «мертвого» общества.
Значимым элементом художественной структуры становится противопоставление природного и механического начал. Природный свет (moonlit avenues, crystal frost) контрастирует с резким искусственным светом полицейского прожектора (a fierce white cone of light). Тем самым свет из категории естественного бытия трансформируется в инструмент контроля и подавления, созданного человеком.
Идея отчуждения реализуется за счет синтаксической организации диалогической речи в рассказе. Реплики полицейской машины номинативны и предельно лаконичны (No profession, Not married, Walking!). Подобная редукция отражает обезличивание героя, его уменьшение до некого набора данных для протокола.
Особого внимания заслуживает наименование учреждения, куда отправляют героя: Psychiatric Centre for Research on Regressive Tendencies. Лексема regressive маркирует искажение системы ценностей общества: способность мыслить и действовать самостоятельно трактуется как отклонение от нормы. Таким образом, через официально-нейтральную лексику создается скрытый антиутопический подтекст.
С целью выражения имплицитных смыслов автор использует лексический повтор (лексем empty, silent, no one), метафоры, зооморфные сравнения (scarab-beetles, night moth), а также контраст сенсорной образности (живое, чувственное описание природы и описание безжизненной, стерильной среды города).
В заключении скажем, что детальный анализ рассказа «Пешеход» позволяет утверждать, что имплицитность является ведущим принципом художественной организации данного текста. Антиутопическая модель будущего формируется не через прямую авторскую оценку, а посредством целой системы языковых средств.
Литература:
Гальперин И. Р. Текст как объект лингвистического исследования. М., 1981.
Лотман Ю. М. Структура художественного текста СПб., 1998.
Bradbury R. Twice twenty-two: The golden apples of the sun; A medicine for melancholy. Garden City (N.Y.): Doubleday, 1959.
Известно, что категория имплицитности является предметом многочисленных отечественных и зарубежных исследований XX—XXI вв., что свидетельствует о устойчивом интересе литературоведов к проблеме выявления скрытых смыслов художественного текста. Вопросы подтекста и импликации разрабатывались в трудах И. Р. Гальперина, Ю. М. Лотмана и других исследователей [Гальперин, 1981; Лотман, 1998]. Имплицитность определяется как важнейшая текстовая категория, обеспечивающая глубину интерпретации и расширение семантического пространства произведения.
Особый исследовательский интерес представляет реализация имплицитных смыслов в жанре антиутопического рассказа, где авторское предупреждение нередко выражается не прямой оценкой, а посредствам использования системы языковых средств. В этом отношении показателен рассказ «Пешеход» («The Pedestrian», 1951) американского писателя Р. Брэдбери (1920—2012), в котором писатель воссоздает модель технологизированного общества будущего.
В центре повествования — образ человека, сохраняющего способность к свободному передвижению и размышлению в мире, погруженном в пассивное потребление телевизионного контента. Уже в экспозиции рассказа автором формируется семантическое поле пустоты и тишины: empty streets, silent houses, graveyard, tomb-like buildings. Описание города, сопоставляемого с кладбищем, не содержит прямого авторского осуждения, однако при помощи лексических средств имплицитно создается образ духовно «мертвого» общества.
Значимым элементом художественной структуры становится противопоставление природного и механического начал. Природный свет (moonlit avenues, crystal frost) контрастирует с резким искусственным светом полицейского прожектора (a fierce white cone of light). Тем самым свет из категории естественного бытия трансформируется в инструмент контроля и подавления, созданного человеком.
Идея отчуждения реализуется за счет синтаксической организации диалогической речи в рассказе. Реплики полицейской машины номинативны и предельно лаконичны (No profession, Not married, Walking!). Подобная редукция отражает обезличивание героя, его уменьшение до некого набора данных для протокола.
Особого внимания заслуживает наименование учреждения, куда отправляют героя: Psychiatric Centre for Research on Regressive Tendencies. Лексема regressive маркирует искажение системы ценностей общества: способность мыслить и действовать самостоятельно трактуется как отклонение от нормы. Таким образом, через официально-нейтральную лексику создается скрытый антиутопический подтекст.
С целью выражения имплицитных смыслов автор использует лексический повтор (лексем empty, silent, no one), метафоры, зооморфные сравнения (scarab-beetles, night moth), а также контраст сенсорной образности (живое, чувственное описание природы и описание безжизненной, стерильной среды города).
В заключении скажем, что детальный анализ рассказа «Пешеход» позволяет утверждать, что имплицитность является ведущим принципом художественной организации данного текста. Антиутопическая модель будущего формируется не через прямую авторскую оценку, а посредством целой системы языковых средств.
Литература:
Гальперин И. Р. Текст как объект лингвистического исследования. М., 1981.
Лотман Ю. М. Структура художественного текста СПб., 1998.
Bradbury R. Twice twenty-two: The golden apples of the sun; A medicine for melancholy. Garden City (N.Y.): Doubleday, 1959.