Коллективный «зритель» как структурный механизм социальной критики в повестях Н. В. Гоголя «Нос» и Лу Синя «Подлинная история А-Кью»
Иань Фэн
Докладчик
студент 3 курса
Хэнаньский университет (КНР)
Хэнаньский университет (КНР)
Ключевые слова, аннотация
Данный доклад посвящен сопоставлению образа «зрителей» в повести Н. В. Гоголя «Нос» и в повести Лу Синя «Подлинная история А-Кью». Цель — выявить, как коллективные второстепенные персонажи становятся носителями социальной критики. На материале ключевых эпизодов показано, что у Гоголя абсурд «нормализуется» через бюрократическую процедуру, а у Лу Синя страдание превращается в зрелище, что раскрывает механизмы повседневного зла.
Тезисы
Ключевые слова: образ зрителей; социальная критика; повесть «Нос»; повесть «Подлинная история А-Кью»
В докладе рассматривается функция «зрителя» как коллективного персонажа в повести Н. В. Гоголя «Нос» [Гоголь, 1938: 47–76] и в повести Лу Синя «Подлинная история А-Кью» [Лу Синь, 1971]. Цель исследования — показать, что данные персонажи выходят за рамки вспомогательной роли и становятся структурообразующим элементом авторской критики общества. Новизна работы заключается в сравнительном рассмотрении поведенческих стратегий «зрителей» в разных культурно-исторических контекстах с привлечением понятий «овеществления» Г. Лукача [G. Lukács, 1974] и «взгляда» Ж. Лакана [J. Lacan, 1998].
Материалом исследования служат эпизоды, в которых реакция толпы определяет развитие действия: обнаружение носа цирюльником, отказ редактора в публикации объявления, «поимка» носа полицией; сцены публичного унижения А-Кью и его казни. Применяется сравнительно-типологический метод.
В «Носе» коллектив включается в абсурдную ситуацию через логику процедуры. Найдя нос в хлебе, цирюльник стремится избавиться от него, опасаясь обвинения. Редактор газеты отказывает Ковалеву, мотивируя решение заботой о «приличии» и репутации издания, тем самым исключая частную трагедию из публичного пространства. Полицейский же возвращает нос владельцу как «чиновника», действуя в рамках формального порядка. Сам нос, разъезжающий в мундире и заявляющий: «Я сам по себе», демонстрирует отчуждение личности в системе чинов. Коллективное поведение упорядочивает фантастическое событие, превращая его в административный факт.
В «Подлинной истории А-Кью» коллектив действует через механизм зрелищности. Когда А-Кью пристает к монахине, публика громко смеется, и герой, ощущая поддержку, усиливает грубость. В сценах избиения он прибегает к духовной победе, убеждая себя в символическом превосходстве, что соотносится с лакановским пониманием субъекта, формируемого взглядом другого. В финале, наблюдая казнь, жители выражают разочарование тем, что не стоило ничего ожидать: «Его так долго возили по улицам, а он не спел ни одной песни! Зря за ним ходили, только время потеряли…» [Лу Синь, 1971: 124], — отсюда человеческая гибель оценивается по степени зрелищного эффекта.
Сопоставление показывает общность механизма: в обоих произведениях «зрители» поддерживают социальный порядок, основанный на подмене сущности формой — чином или «лицом». Однако различается направленность критики. У Гоголя коллектив становится соучастником рационализированной системы, где абсурд легитимируется процедурой; у Лу Синя зрители воплощают зависимость субъекта от общественного одобрения, превращая страдание в объект потребления. Тем самым «зритель» предстает как носитель повседневного зла, реализуемого через социально санкционированные формы коллективного поведения.
Литература:
Гоголь Н. В. Полное собрание сочинений: В 14 т. Т 3. Повести. М.; Л., 1938.
Лу Синь. Подлинная история А-Кью / Пер. с кит. А. П. Рогачева, В. Н. Рогова. М., 2025.
Lacan J. The Four Fundamental Concepts of Psychoanalysis. New York, 1998.
Lukács G. History and Class Consciousness: Studies in Marxist Dialectics // Philosophical Review. 1974. № 83 (3). P. 419—424.
В докладе рассматривается функция «зрителя» как коллективного персонажа в повести Н. В. Гоголя «Нос» [Гоголь, 1938: 47–76] и в повести Лу Синя «Подлинная история А-Кью» [Лу Синь, 1971]. Цель исследования — показать, что данные персонажи выходят за рамки вспомогательной роли и становятся структурообразующим элементом авторской критики общества. Новизна работы заключается в сравнительном рассмотрении поведенческих стратегий «зрителей» в разных культурно-исторических контекстах с привлечением понятий «овеществления» Г. Лукача [G. Lukács, 1974] и «взгляда» Ж. Лакана [J. Lacan, 1998].
Материалом исследования служат эпизоды, в которых реакция толпы определяет развитие действия: обнаружение носа цирюльником, отказ редактора в публикации объявления, «поимка» носа полицией; сцены публичного унижения А-Кью и его казни. Применяется сравнительно-типологический метод.
В «Носе» коллектив включается в абсурдную ситуацию через логику процедуры. Найдя нос в хлебе, цирюльник стремится избавиться от него, опасаясь обвинения. Редактор газеты отказывает Ковалеву, мотивируя решение заботой о «приличии» и репутации издания, тем самым исключая частную трагедию из публичного пространства. Полицейский же возвращает нос владельцу как «чиновника», действуя в рамках формального порядка. Сам нос, разъезжающий в мундире и заявляющий: «Я сам по себе», демонстрирует отчуждение личности в системе чинов. Коллективное поведение упорядочивает фантастическое событие, превращая его в административный факт.
В «Подлинной истории А-Кью» коллектив действует через механизм зрелищности. Когда А-Кью пристает к монахине, публика громко смеется, и герой, ощущая поддержку, усиливает грубость. В сценах избиения он прибегает к духовной победе, убеждая себя в символическом превосходстве, что соотносится с лакановским пониманием субъекта, формируемого взглядом другого. В финале, наблюдая казнь, жители выражают разочарование тем, что не стоило ничего ожидать: «Его так долго возили по улицам, а он не спел ни одной песни! Зря за ним ходили, только время потеряли…» [Лу Синь, 1971: 124], — отсюда человеческая гибель оценивается по степени зрелищного эффекта.
Сопоставление показывает общность механизма: в обоих произведениях «зрители» поддерживают социальный порядок, основанный на подмене сущности формой — чином или «лицом». Однако различается направленность критики. У Гоголя коллектив становится соучастником рационализированной системы, где абсурд легитимируется процедурой; у Лу Синя зрители воплощают зависимость субъекта от общественного одобрения, превращая страдание в объект потребления. Тем самым «зритель» предстает как носитель повседневного зла, реализуемого через социально санкционированные формы коллективного поведения.
Литература:
Гоголь Н. В. Полное собрание сочинений: В 14 т. Т 3. Повести. М.; Л., 1938.
Лу Синь. Подлинная история А-Кью / Пер. с кит. А. П. Рогачева, В. Н. Рогова. М., 2025.
Lacan J. The Four Fundamental Concepts of Psychoanalysis. New York, 1998.
Lukács G. History and Class Consciousness: Studies in Marxist Dialectics // Philosophical Review. 1974. № 83 (3). P. 419—424.