Эгоцентрические элементы лексико-семантического поля «температура» в аспекте субъективной модальности в романе Е. Г. Водолазкина «Авиатор»
Юлия Олеговна Алексеева
Докладчик
магистрант 1 курса
Санкт-Петербургский государственный университет
Санкт-Петербургский государственный университет
Ключевые слова, аннотация
Исследование посвящено функционированию эгоцентрических элементов лексико-семантического поля «температура» в тексте романа «Авиатор». В результате был выявлен целый ряд их функций, затрагивающих разные уровни повествования. Было обнаружено, что эгоцентрики семантического поля «тепло — холод» реализуют ключевые для романа противопоставления правильного и плохого, живительного и смертного.
Тезисы
Ключевые слова: художественное
повествование; субъект
восприятия; эгоцентрический элемент; авторская модальность
Исследование посвящено анализу лексических эгоцентрических элементов в тексте романа «Авиатор». Вслед за Е. В. Падучевой эгоцентрики понимаются как элементы, «которые принимают непосредственное участие в референции — отождествлении лиц, предметов, временных интервалов и участков пространства» [Падучева, 2010: 258], иными словами, эгоцентрики маркируют точку зрения говорящего. Изучение маркеров субъектных планов оказывается принципиально важным для понимания «образа автора», описанного В. В. Виноградовым.
Методом сплошной выборки в тексте романа были обнаружены эгоцентрические элементы, семантического поля «тепло — холод»: тепло (тепло(ый), горячо(ий), согревающий, печь, жар и т. п.), холод (холод(ный), лед(яной), переохладиться и т. п.). При анализе учитывались и лексемы, имплицитно содержащие указание на температуру, например лето, зима, июль, февраль, октябрь.
Анализ эгоцентрических элементов в аспекте субъективной — авторской — модальности позволил говорить о целом ряде функций:
1) обозначение собственно физического ощущения;
2) обозначение желательности или нежелательности ситуации для субъекта речи;
3) маркирование нравственной оценки;
4) функция символизации.
Эгоцентрические элементы, обозначающие тепло, маркируют приятные для героя вещи, ситуации, которые говорящий оценивает положительно: например, ранние воспоминания — относящиеся к счастливому детству, бабушке, живому отцу и матери вместе. Кроме того, подавляющее большинство событий детства относится к летнему времени года, которое подразумевает тепло. Чувства главного героя к Анастасии — самые счастливые воспоминания — также маркированы теплом, даже «жаром» (жар на губах [Водолазкин 2025: 97]).
Более поздние воспоминания, напротив, маркируются эгоцентрическими элементами с семантикой холода. Пребывание героя на Соловецких островах многократно маркировано лексемами снег, замерзать, холодный, лед, мороз.
В моменты напряжения наблюдается контраст между высокой и крайне низкой температурой (ледяным холодом), т. е. во фрагментах присутствуют элементы, обозначающие и теплое, и холодное: Ногами чувствую ледяной холод, остальным телом — жар [Там же: 185].
В символическом плане заморозка главного героя (период небытия) соотносима с участью насмерть замерзших арестантов. Пробуждение героя происходит зимой (через некоторое время дано указание — 9 февраля), далее, в соответствии со степенью освоенности в мире, приближается тепло — наступает весна. Сразу после пробуждения герой просит лечь медсестру рядом (иначе я никогда не согреюсь [Там же: 20]), речь не о физическом ощущении тепла, а о полноценной жизни.
Таким образом, эгоцентрики двух описанных групп участвуют в реализации центральных противопоставлений романа: приятного, правильного, живительного и плохого, предосудительного, смертельного.
Литература:
Водолазкин Е. Г. Авиатор. М., 2025.
Падучева Е. В. Семантические исследования: Семантика времени и вида в русском языке. Семантика нарратива. М., 2010.
Исследование посвящено анализу лексических эгоцентрических элементов в тексте романа «Авиатор». Вслед за Е. В. Падучевой эгоцентрики понимаются как элементы, «которые принимают непосредственное участие в референции — отождествлении лиц, предметов, временных интервалов и участков пространства» [Падучева, 2010: 258], иными словами, эгоцентрики маркируют точку зрения говорящего. Изучение маркеров субъектных планов оказывается принципиально важным для понимания «образа автора», описанного В. В. Виноградовым.
Методом сплошной выборки в тексте романа были обнаружены эгоцентрические элементы, семантического поля «тепло — холод»: тепло (тепло(ый), горячо(ий), согревающий, печь, жар и т. п.), холод (холод(ный), лед(яной), переохладиться и т. п.). При анализе учитывались и лексемы, имплицитно содержащие указание на температуру, например лето, зима, июль, февраль, октябрь.
Анализ эгоцентрических элементов в аспекте субъективной — авторской — модальности позволил говорить о целом ряде функций:
1) обозначение собственно физического ощущения;
2) обозначение желательности или нежелательности ситуации для субъекта речи;
3) маркирование нравственной оценки;
4) функция символизации.
Эгоцентрические элементы, обозначающие тепло, маркируют приятные для героя вещи, ситуации, которые говорящий оценивает положительно: например, ранние воспоминания — относящиеся к счастливому детству, бабушке, живому отцу и матери вместе. Кроме того, подавляющее большинство событий детства относится к летнему времени года, которое подразумевает тепло. Чувства главного героя к Анастасии — самые счастливые воспоминания — также маркированы теплом, даже «жаром» (жар на губах [Водолазкин 2025: 97]).
Более поздние воспоминания, напротив, маркируются эгоцентрическими элементами с семантикой холода. Пребывание героя на Соловецких островах многократно маркировано лексемами снег, замерзать, холодный, лед, мороз.
В моменты напряжения наблюдается контраст между высокой и крайне низкой температурой (ледяным холодом), т. е. во фрагментах присутствуют элементы, обозначающие и теплое, и холодное: Ногами чувствую ледяной холод, остальным телом — жар [Там же: 185].
В символическом плане заморозка главного героя (период небытия) соотносима с участью насмерть замерзших арестантов. Пробуждение героя происходит зимой (через некоторое время дано указание — 9 февраля), далее, в соответствии со степенью освоенности в мире, приближается тепло — наступает весна. Сразу после пробуждения герой просит лечь медсестру рядом (иначе я никогда не согреюсь [Там же: 20]), речь не о физическом ощущении тепла, а о полноценной жизни.
Таким образом, эгоцентрики двух описанных групп участвуют в реализации центральных противопоставлений романа: приятного, правильного, живительного и плохого, предосудительного, смертельного.
Литература:
Водолазкин Е. Г. Авиатор. М., 2025.
Падучева Е. В. Семантические исследования: Семантика времени и вида в русском языке. Семантика нарратива. М., 2010.