Анализ нарративных модальностей по Д. Лоджу в романе «Если однажды зимней ночью путник…» И. Кальвино
Софья Евгеньевна Семенова
Докладчик
студент 4 курса
Московский государственный университет им. М. В. Ломоносова
Московский государственный университет им. М. В. Ломоносова
Ключевые слова, аннотация
В работе анализируются нарративные модальности, выделенные Д. Лоджем, их реализация и влияние на формирование особого типа читательского опыта в романе И. Кальвино «Если однажды зимней ночью путник…». Реализация всех типов модальностей в романе нацелена на создание фрагментарного повествования, многовариантности интерпретации и максимального вовлечения читателя в процесс чтения, превращающего его не только в персонажа, наблюдателя и интерпретатора, но и в соавтора текста, без которого становится невозможным существование романа.
Тезисы
Ключевые слова: нарратология; читатель; И. Кальвино; Д. Лодж; постмодернизм
«Если однажды зимней ночью путник…» И. Кальвино (1979 г., издательство «Einaudi») — одно из ключевых произведений литературы постмодернизма, где процесс чтения становится актом интерпретативного соавторства. Ввиду растущего интереса к интерактивным формам искусства (например, визуальные новеллы), актуально обратиться к роману, предвосхитившему игровую логику цифровой культуры.
Цель работы — проанализировать реализацию нарративных модальностей, выделенных Д. Лоджем в статье «The Modes of Modern Writing» (1977), и их влияние на формирование особого типа читательского опыта. В результате исследования установлено, что в романе «Если однажды зимней ночью путник…» Кальвино используются все нарративные модальности, однако у каждой из них есть свои особенности.
Благодаря пермутации или чередованию, т. е. отказу от классической модели повествования, где из множества возможностей автор выбирает лишь одну, становится возможным разрушение иерархии сюжетов, где каждая интерпретация может быть истинной или ложной, в зависимости от читательской логики.
Следующая модальность — дискретность, т. е. прерывистость повествования, больше напоминающая прием jump cut в кино, когда несвязанные друг с другом фрагменты сталкиваются без связующего перехода, также продолжает эту линию, поскольку вынуждает читателя конструировать связность там, где ее нет.
Если две предыдущие модальности создают лабиринт смыслов, то случайность превращает его в лабиринт без центра, создавая почти бартовский эффект нагромождения концепций. Однако за кажущимся абсурдом скрывается четкая структура, приводящая читателя к главной теме всего романа: отождествление процесса чтения проживанию жизни, где одновременно и все читатели, и все люди оказываются путниками, которые никогда не узнают, что их ждет в самом конце истории, пока этот конец не наступит.
К этой же теме отсылает и противоречие, через демонстрацию невозможности достоверного, логически цельного высказывания в современном литературном дискурсе, вовлекающего читателя в игру интерпретаций без стабильных ориентиров; т. е. текст становится не объектом, но средой, в которой постоянно сталкиваются несовместимые регистры, значения и коды так же, как и в жизни.
Тем не менее, как и во многих своих текстах, Кальвино и здесь не уходит в серьезность и спешит напомнить, что все это — всего лишь игра, в чем ему помогает избыточность, которая создает эффект комического и иронического переизбытка, раскрывает сам язык как игровую стихию и, снова обращаясь к фигуре читателя, отражает сознание современного читателя, ищущего смысл в перегруженности информацией.
Последняя модальность — короткое замыкание — расширяет диапазон роли читателя: он становится не только соавтором романа, но и одновременно его персонажем и отстраненным обозревателем, наблюдающим не только за героями и их процессами чтения, но и за собственным чтением. Это нарушение границ между реальным миром и текстом в финале романа приводит к эффекту метанарративного и возвращает читателя к рефлексии над самой природой литературы.
Все вышеобозначенные модальности используются в романе для создания многовариантности интерпретации и превращения чтения в пространство диалога между индивидуальным опытом и коллективной памятью, в форму когнитивного и культурного самопознания.
Lodge D. The Modes of Modern Writing. Metaphor, Metonymy, and the Typology of Modern Literature. London, 1988.
«Если однажды зимней ночью путник…» И. Кальвино (1979 г., издательство «Einaudi») — одно из ключевых произведений литературы постмодернизма, где процесс чтения становится актом интерпретативного соавторства. Ввиду растущего интереса к интерактивным формам искусства (например, визуальные новеллы), актуально обратиться к роману, предвосхитившему игровую логику цифровой культуры.
Цель работы — проанализировать реализацию нарративных модальностей, выделенных Д. Лоджем в статье «The Modes of Modern Writing» (1977), и их влияние на формирование особого типа читательского опыта. В результате исследования установлено, что в романе «Если однажды зимней ночью путник…» Кальвино используются все нарративные модальности, однако у каждой из них есть свои особенности.
Благодаря пермутации или чередованию, т. е. отказу от классической модели повествования, где из множества возможностей автор выбирает лишь одну, становится возможным разрушение иерархии сюжетов, где каждая интерпретация может быть истинной или ложной, в зависимости от читательской логики.
Следующая модальность — дискретность, т. е. прерывистость повествования, больше напоминающая прием jump cut в кино, когда несвязанные друг с другом фрагменты сталкиваются без связующего перехода, также продолжает эту линию, поскольку вынуждает читателя конструировать связность там, где ее нет.
Если две предыдущие модальности создают лабиринт смыслов, то случайность превращает его в лабиринт без центра, создавая почти бартовский эффект нагромождения концепций. Однако за кажущимся абсурдом скрывается четкая структура, приводящая читателя к главной теме всего романа: отождествление процесса чтения проживанию жизни, где одновременно и все читатели, и все люди оказываются путниками, которые никогда не узнают, что их ждет в самом конце истории, пока этот конец не наступит.
К этой же теме отсылает и противоречие, через демонстрацию невозможности достоверного, логически цельного высказывания в современном литературном дискурсе, вовлекающего читателя в игру интерпретаций без стабильных ориентиров; т. е. текст становится не объектом, но средой, в которой постоянно сталкиваются несовместимые регистры, значения и коды так же, как и в жизни.
Тем не менее, как и во многих своих текстах, Кальвино и здесь не уходит в серьезность и спешит напомнить, что все это — всего лишь игра, в чем ему помогает избыточность, которая создает эффект комического и иронического переизбытка, раскрывает сам язык как игровую стихию и, снова обращаясь к фигуре читателя, отражает сознание современного читателя, ищущего смысл в перегруженности информацией.
Последняя модальность — короткое замыкание — расширяет диапазон роли читателя: он становится не только соавтором романа, но и одновременно его персонажем и отстраненным обозревателем, наблюдающим не только за героями и их процессами чтения, но и за собственным чтением. Это нарушение границ между реальным миром и текстом в финале романа приводит к эффекту метанарративного и возвращает читателя к рефлексии над самой природой литературы.
Все вышеобозначенные модальности используются в романе для создания многовариантности интерпретации и превращения чтения в пространство диалога между индивидуальным опытом и коллективной памятью, в форму когнитивного и культурного самопознания.
Lodge D. The Modes of Modern Writing. Metaphor, Metonymy, and the Typology of Modern Literature. London, 1988.